Толковое значение слова Вы найдёте в наших онлайн словарях, онлайн справочниках и энциклопедиях
. 1 2 3 4 5 6 7 8 9
I
«
А Б В Г Д З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э
ГЛ ГО

Глава 11 Духовно-культурное содержание современного управления: социально-технологические аспекты и проблемы


Глава 11 Духовно-культурное содержание современного управления: социально-технологические аспекты и проблемы
В  данной   главе  будут  рассмотрены  следующие  основные вопросы.
1. Духовно-нравственные факторы как регуляторы обще­ственной жизни.
2. Структурные элементы духовно-культурной жизни об­щества.
3. Понятие "жизненные силы общества и личности", тех­нологии раскрытия.
4.  Особенности духовно-культурной жизни России и ее жизненных сил.

1. Особенности современной науки управления как самосто­ятельного направления в современном познании мира во многом объясняются тем, что ее важнейшим системообразующим компо­нентом (наряду с политическим, экономическим, социологичес­ким и др.) является сфера духовной жизни людей, состояние общественного и индивидуального сознания.
Необходимо понять, что любой субъект управления действует не только в определенной социально-экономической, политичес­кой,   но  и  духовно-культурной  среде.   Последняя  отличается большой самостоятельностью и во многом определяет аналити­ческие, информационные, организационные и другие возмож­ности субъектов управления.  Эффективность управленческой деятельности в целом, как и всякой деятельности, управленчес­кой в особенности, субъективна. Поэтому качество субъектив­ности, мера познания объективной реальности во многом зависят от состояния духовной культуры общества в целом, ее отдельных субъектов: начиная от государства и кончая каждым отдельным человеком. И мера субъективности в управлении возрастает и будет возрастать. Это связано с увеличением объема интеллек­туальной собственности, повышением значимости информацион­ного ресурса в управлении, появлением интеллектуальных сис­тем управления.
Поэтому уже сегодня степень управляемости общественными делами во многом зависит от действенности таких регуляторов, как культура, традиции, нормы морали, идеология, зрелость сознания, научность и целостность мышления и т.п. Роль и значение этих регуляторов не только постоянно возрастают, но и меняют сам характер управленческих отношений, которые все в большей мере освобождаются от жесткого воздействия и регу­лирования (правового, административно-командного, финансо­во-экономического, фискального, информационно-манипулятив-ного и т.п.) и наполняются регуляторами духовно-культурными, научными, нравственными.
Накануне XXI в. эта общесоциологическая тенденция высту­пает как главная определяющая, расширение которой способно в будущем обеспечить устойчивое развитие, преодолеть кризис управления.  Расширение рамок этой тенденции связано с воз­растанием роли человеческого фактора в решении всех проблем мирового сообщества, ростом творческих возможностей каждой личности, возрастанием ее ответственности за все происходящее в мире. Искусственное подавление этой тенденции или слабая реакция на ее требования, попытка решать возникающие пробле­мы только "силовыми" способами — тупиковый путь управле­ния.
Только соблюдение необходимых пропорций между формаль­ными и неформальными санкциями в обществе, между мерами правовой ответственности, наказания и духовными регуляторами общественной жизни (культура, традиции, нормы морали, творчество, внутренняя мотивация и др.) позволит преодолеть неорганизованность в общественной жизни, изжить ее сегодняш­нее болезненное состояние, основной диагноз которого — кризис культуры, духовности, ценностно-нормативный вакуум.
Необходимо понять, что, как только мы вступаем в сферу управления общественными делами, нам не обойтись без духов­ности и морали, без учета их норм и требований, связь эта многоаспектна. В обществе нельзя ставить цели, достигаемые любыми средствами. Если цели безнравственны, несут людям зло, разрушают основную ценность — человеческую жизнь, игнорируют или не учитывают смысл человеческого общежития — гуманизм, подавляют жизненные силы общества и личности, тогда целеполагание как основной инструмент управленческого воздействия бессмысленно, ущербно и антигуманно. Горький опыт всей истории свидетельствует о тех неизмеримых бедстви­ях, которые пережило человечество из-за расхождения этих начал. Уровень и качество нравственного регулирования как показатель состояния духовной культуры общества в целом, его простор всегда характеризовали и будут характеризовать надеж­ность и эффективность институциональной системы управления, ее сбалансированность и антикризисное состояние.
Кризис морали в субъектах управления, институтах общест­ва, появление "двойной морали" — всегда верный признак не только разложения властных отношений, управленческих в частности, но и неизбежного разрушения и уничтожения всей социальной организации.
Нравственность, духовность как важнейшие регуляторы об­щественной жизни наряду с интеллектуальной властью прони­зывают все механизмы управления.
Структура нравственного сознания сводится к представлени­ям о смысле и целях человеческой жизни, справедливости, достоинстве, нравственных идеалах, знаниях моральных норм, этических принципов, что позволяет личности, общественному институту, социальной группе правильно ориентироваться в окружающем мире, облагораживать свои потребности и интере­сы, мотивы и побуждения, словом, запускать, как говорят психологи, идейно-психологические механизмы нравственного сознания и поведения (совесть, долг, ответственность, честь, достоинство, любовь к ближнему, к Отечеству и т.п.).
Нравственность — могучий регулятор общественной жизни, а следовательно, управленческой деятельности. Она не может быть заменена ничем другим: ни правом, ни финансами, ни административно-карательными мерами. Наоборот, нравствен­ность воздействует на все сферы общественной жизни, и чем шире и богаче область ее проявления, тем больше возможность для ограничения силовых методов управления.
Температура духовного здоровья общества и государства — взаимосвязанные явления, но нередко снижение духовности и нравственности в обществе в целом начинается с резкого падения духовных и моральных устоев главного субъекта управления — государства,   которое   в  силу  целого   ряда  причин   перестает служить обществу, усваивает принцип "двойной морали", "раз­рыва между словом и делом", "цинизма и делячества". В этих условиях происходит утрата духовно-нравственных ценностей в государственном  аппарате  управления,   политические  лидеры перестают  быть   нравственными   образцами  для   подражания, теряют доверие граждан, что приводит к возобладанию в обще­стве настроений группового эгоизма, национальных амбиций и т.п.
Кризис духовно-нравственных ценностей проявляется в на­растании настроений мещанства, ухода в мир частных интересов, неадекватного поведения и т.п. Восстановление нравственных ценностей всегда связано с возрождением общественных интере­сов, ибо судьба каждого в отдельности связана с судьбой Роди­ны. Защитить свои права и нравственное достоинство нельзя без защиты прав Отечества в целом, без возрождения патриотизма.
Проблема выражения интересов России — это и проблема нравственности управления, государственной деятельности в особенности, ее ценностных ориентации, формирования высоких нравственных качеств руководителей. Необходимо понять и принять как категорический императив, что нравственно-цен­ностное воздействие и регулирование охватывают все стадии управленческой деятельности, всю ее систему и являются опре­деляющими.
Понятие ценности неразрывно связано с понятием знания. Но само по себе знание не может выступать в качестве регули­рующего поведения. Оно должно не только воплотиться в цель, в программу деятельности, но и стать убеждением данного человека (социальной группы, социального института, общества в целом). Только тогда знание становится не разрушительной силой, а обретает новое качество — положительной регуляции общественной деятельности, в том числе управленческой. Это требует решения экономических, политических, юридических проблем с учетом их нравственных последствий, т.е. стало сегодня цивилизованной стратегией для управления. Она опира­ется на такие, принципы:
1. Приоритет личности, свобода совести, права человека.
2. Сильное государство как гарант прав и свобод; эффектив­ное правительство.
3. Демократия как волеизъявление народа, порядок и закон­ность; единство России на базе сочетания всех интересов.
Объединяющим стержнем в духовно-нравственном воздейст­вии и регулировании, в эффективном управлении является наличие сильных плодотворных идей. Идеи в системе духовных ценностей объединяют, обеспечивают целостный взгляд на мир. Как только в обществе возникает дефицит современных идей, так ослабляются сознание и воля людей, разрушается государ­ственная идеология, которая всегда остается духовным стержнем сильной государственности.
Это положение особенно справедливо для управления обще­ственными делами в России, прежде всего государственного, которое никогда в силу культурно-исторических особенностей не сводилось только к организационно-регулирующему воздейст­вию, оно не могло не опираться на духовные ценности, прежде всего нравственные и интеллектуальные.
Поэтому государственная идеология наряду с нравственнос­тью является неотъемлемой частью духовной жизни общества, частью его теоретического сознания, мощным регулятором обще­ственной жизни. Все субъекты управления, прежде всего госу­дарство, не только не могут не учитывать этого неоспоримого факта, но в целях эффективного управления должны постоянно заботиться о своевременном развитии и обновлении тех идей, которые используются ими в управлении. Более того, идеологи­ческая сфера регулирования общественными делами неразрывно связана с научным управлением.
Идеология на основе науки позволяет правильно понять прошлое, разобраться в настоящем, предвидеть будущее. Про­изводство и воспроизводство идей — результат духовной дея­тельности всего общества, но прежде всего научной и творческой интеллигенции.
История развития общества — это история идей, на которых основаны правовые и политические учения. К их числу относят­ся общественно-политические взгляды Сократа, Платона (моде­ли идеального государства), Аристотеля, Цицерона, Сенеки, Фомы Аквинского, Макиавелли, Гоббса, Вольтера, Канта, Геге­ля, Кампанеллы, Сен-Симона, Фурье, Маркса, Энгельса, Лени­на и др.
Наличие определенного качества идей и ценностно-нравст­венных регуляторов в жизни общества позволяет ему сохранить свою целостность, устанавливать необходимый баланс инте­ресов, добиваться общественного согласия, гармонизировать интересы всего общества и главного субъекта управления — государства.
Принципиален вопрос: где пределы интеллекта и нравствен­ности в управлении? Ответ на него очень сложен, но ясно одно, что нравственный императив приоритетен. Например, известно, что за инакомыслие первым пострадал Сократ, чем он и известен в истории человеческой мысли. Необходимо понять, что управ­ляемость, неуправляемость, катастрофа или ее предотвращение, конфликт или его цивилизованное разрешение, оптимальное или ущербное решение — это не только интеллектуальная, но и нравственная позиция субъекта управления, каждого управля­ющего. Клятва Гиппократа, например, не только профессиональ­ная установка врача, но и подтверждение его приверженности к определенным нравственным нормам. Такой же характер носят и присяга Президента перед Конституцией, присяга воина и каждого государственного служащего перед Отечеством.
"История каждого народа, — пишет профессор М. Джунусов, — полна примерами противостояния приверженцев и противников добра и зла, справедливости и несправедливости. Нелишне вспомнить, как Моисей, Христос, Будда, Конфуций учили ты­сячелетия назад: ненависть между людьми разъединяет их, а любовь объединяет".
На наш взгляд, противоречия в самой системе регулирующего воздействия, недостаток инновационных идей и решений приво­дят прежде всего к нарушениям баланса между мерами опера­тивно-технического регулирования и его концептуальными, стратегическими формами, что является одним из острейших
противоречий современного управления. Оно тесно связано с недостатками духовно-нравственного и идеологического управ­ления, в большей мере относящимися к главному субъекту власти и управления — государству. Кризис государственного управления во многом определяет распространенное сегодня явление социальной аномии.
Социальная аномия (от франц. апоппе — беззаконие, неор­ганизованность) — болезненное состояние общественной жизни, ценностно-нормативный вакуум, характерный для переходных и кризисных периодов развития общества, когда старые нормы и ценности уже не работают, а новые отсутствуют или еще не полностью сложились. В периоды возрастания социальной ано­мии резко ослабляется нормативное социальное регулирование вследствие непоследовательности, противоречивости и неопреде­ленности государственной политики социально-экономического и духовного развития.
Явление социальной аномии тесно связано с глобальным противоречием современного мира — резким отставанием темпов социального прогресса от научно-технического, которое во многом обусловливает болезни общества, порождает девиантное поведение людей в нем.
Построение абсолютно правильных, "чистых" социальных отношений, институтов, структур просто невозможно. Отклоне­ния от нормы всегда будут иметь место в том или ином виде. И это закономерно, но при одном важном условии. И условие это таково: общество должно максимально точно осознавать свои общие и частные цели, уметь формулировать их и убеждать в их правильности своих членов.
Этот принцип регулирования касается как больших общнос-тей, целой нации или даже человечества в целом, так и любой организации и даже малой группы, семьи.
Пути лечения социальной аномии известны. Два из них представляются приоритетными и очевидными.
Первый — государство, оставаясь главным субъектом управ­ления, меняет свое поведение в обществе, строит свои отношения с ним все в большей мере на основе научного управления, соблюдения не только правовых норм, но и социальных и духовно-нравственных. Поэтому оно все в большей мере разви­вает гражданское общество, передает функции социального кон­троля общественным институтам, неформальным образованиям, делегирует им права, полномочия, ресурсы, повышая тем самым их самоуправленческие возможности. Последние в своей дея­тельности в качестве приоритетов взаимоотношения с граждана­ми, населением выдвигают новый тип отношений — договорных, хозяйственных, мотивационных, духовно-нравственных, социаль­ных, а не только политических и административно-командных.
Второй — возрастание роли общества в целом как субъекта управления, когда общество включает в механизм регулирования свой коллективный разум, создает интеллектуальные и нравствен­ные системы управления, способные сбалансировать разные инте­ресы его различных структур, словом, включает механизмы само­развития, самореализации тех жизненных сил, которые заложены в творческих потенциалах личностей, в их неформальных социаль­ных организациях. Взрыв позитивной энергии этих институтов общества неизбежен. Эта революция человеческого фактора уже стучится в дверь мировой истории и будет определять в XXI в. вектор развития мировой цивилизации.
Только в этом случае происходит изменение: от положения общество — для государства к положению государство — для общества. Это возможно только в одном случае: когда деятель­ность общества и государства обретает современный смысл, прежде всего духовный и нравственный.
К сожалению, многовековая история России — это история скрытой и открытой конфронтации между структурами государ­ственного управления и обществом. В российской истории либо власть "давила" свой народ, либо народ "давил" свою власть. Согласие, соединение этих сторон в обществе наступали лишь тогда, когда внешний враг или природные катаклизмы угрожали самому бытию российского общества, в экстремальных ситуаци­ях его жизни и развития.
В отличие от стран Запада Россия всегда отличалась чрезмер­ной самостоятельностью в своих решениях и действиях, склон­ностью к административному давлению, насилию и единовлас­тию. Именно государство определяло, что народ должен делать,
как себя вести, что говорить и о чем думать и мечтать. Именно правящая элита во многом определяла историю России, была ее движущей силой. История народа принадлежит царю, подчер­кивал еще Н.М. Карамзин. И лишь когда правители своими действиями переполняли чашу народного терпения, в России поднимались народные смуты, возникали бунты и революции, создавалась неуправляемость.
Сегодня, как никогда раньше, в социальном управлении приоритетными ориентирами должны стать духовно-нравствен­ные ценности общества, его культура, коллективный разум. Ошибаются те, кто считает, что монополией на управление обладают только чиновники, органы управления, его аппарат, которые всегда правы. "Я знаю кого-то, — говорил в свое время Тайлейран, — кто умнее Наполеона, Вольтера с компанией, умнее всех министров настоящих и будущих, это кто-то — общественное мнение".
Умение учитывать общественное мнение общества в целом, которое и выражает коренные жизненные интересы граждан, сейчас является важнейшей функцией социального управления, которая наряду с целеполаганием определяет его эффективность и рациональность. Поэтому, формулируя цели управления, со­здавая его организационные структуры, собирая информацию для принятия управленческих решений, коллективные субъекты управления, отдельные управляющие всегда должны помнить, что их деятельность в конечном счете должна быть направлена на благо общества, человека, на утверждение гуманизма и выс­ших ценностей жизни — защиты человеческой жизни, чести и достоинства каждой личности. В противном случае управленчес­кое воздействие лишается смысла, теряет свое общественное содержание и выходит за рамки социального поведения, возвра­щаясь к истокам и принципам поведения в животном мире, и направлено не на раскрытие жизненных сил общества, отдельной личности, а на их подавление.
Вообще категория "жизненные силы", которая разрабатыва­ется коллективом алтайских ученых под руководством профес­сора С.И. Григорьева, приобретает для современной теории управления особое значение. Она может быть раскрыта как наиболее полное его самоутверждение, раскрытие сущностных сил человека перед лицом Вечности, Космоса, социального времени — пространства.
Для России и всего мира сегодня необходим "взрыв" духов­но-нравственного начала, своего рода духовная революция, ко­торая обеспечит "прорыв" человечества в состояние устойчивого развития, связанного с утверждением новой цивилизации — ноосферно-корпоративной. При этом необходимо прочно опе­реться на мировой опыт, отраженный в истории философской и социологической мысли многих стран мира, в том числе и России. История культуры, расширение сферы духовности и есть процесс развития человеческих жизненных сил.
В процессе становления и развития цивилизации, ее духов­ных форм, которые первоначально являлись в большей мере отражением материальной стороны жизни, постепенно происхо­дит возвышение духовно-культурных факторов.
Революционный скачок в экстриоризации жизненных сил человека произошел около 560 г. лет до н.э. Этот период получил название "осевое время" и обозначал поистине духовную ось мировой истории. По определению К. Ясперса, в ту эпоху были разработаны основные категории, которыми мы мыслим и до сих пор, заложены основы мировых религий, и сегодня определяю­щих жизнь людей. Во всех направлениях осуществляется пере­ход к универсальности.
В истории за короткий срок (практически одновременно) разным народам открываются духовные глубины, новое религи­озно-нравственное и философское измерение бытия. Человече­ство поднимается на более высокий уровень постижения смысла мироздания, жизни и смерти, своего изначального и конечного предназначения.
На этом уровне человек осознает бытие в целом, самого себя и границы своих возможностей. "Перед ним открывается ужас мира и собственная бесполезность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения. Осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели, познает абсолютность в глубинах самосознания и в ясности трансцендентального мира. Все это происходит посредством рефлексии. Сознание осознавало сознание, мышление делало своим объектом мышление. Началась духовная борьба, в ходе которой каждый пытался убедить другого, сообщая ему свои идеи, обоснования, свой опыт".
В "осевое время" произошел прорыв человечества в новое духовно-смысловое измерение, ему открылись новые дали. В Китае это откровение пришло от Конфуция и Лао-Цзы, в Индии — от Будды, в Иране — от Заратустры, в Израиле — от Илии, Исайи, Иеремии, в Греции — от Платона и Аристотеля. Их откровения свидетельствуют об одухотворении жизни. Теперь "человек ... открыт для новых безграничных возможностей. Он способен теперь слышать и понимать то, о чем до этого момента никто не спрашивал и никто не возвещал... Человек в качестве отдельного индивида отваживается на то, чтобы искать опору в самом себе. Отшельники и странствующие мыслители Китая, аскеты Индии, философы Греции и пророки Израиля близки по своей сущнос­ти, как бы они не отличались друг от друга по своей вере, содержанию и внутренней структуре своего учения. Человек может теперь внутренне противопоставить себя всему миру. Он открыл в себе истоки, позволяющие ему возвыситься над миром и над самим собой".
Со времен "духовной оси" вся жизнь человечества приобре­тает новую религиозно-нравственную доминанту, жизненные силы человечества обретают новый источник и находят новое русло своего развертывания, новую цель в своей реализации: самосовершенствование, духовное возвышение, гармонизация мироздания и достижение спасения. Китайцам открывается новая гармония мира, нравственно-религиозный абсолют Неба и регулятивно — регулирующий принцип "небесного пути" Дао. Главное назначение человека — соответствовать Дао, войти в ритм Неба и не нарушать его. Небо карает недостойных и вознаграждает добродетельных. Смысл жизни для китайцев заключается в умении всегда соответствовать движению мира. Как этого добиться, учили Конфуций и Лао-зы, правда, каждый по-своему.
По Конфуцию, главное — всегда и во всем следовать пред­писаниям, не отступать от "порядка древних". Церемонии при­обретают здесь роль ритуала-священнодействия: правильными действиями и поступками человек поддерживает движение кос­моса, его естественный ритм, отступление от норм и правил ведет к "аритмии", сбою, следствием чего являются засухи, войны, смуты, различные природные и социальные бедствия.
Духовный "революционизм" Будды заключался в том, что он открыл путь самостоятельного (без посредничества брахманов) духовного освобождения. Цель жизни в буддизме — разорвать круг сансары, освободить свой дух от материи, раствориться в духовной наполненности бытия. Не ритуализм, а сосредоточен­ная работа по совершенствованию и освобождению духа соста­вила главное направление развития жизненных сил человека в буддийской культуре.
В Палестине "осевое время" ознаменовалось утверждением монотеизма. Пророки этого времени боролись против многобожия, против культа других богов, утверждая и доказывая, что есть единственный бог — Яхве, он — творец мира и человека, опреде­ляет дальнейшую судьбу мира и каждого человека. "Осевое время" для древних израильтян — это время осознания единобожия и собственной избранности. Эти ключевые идеи определили иерар­хию ценностей иудейской культуры: жить по Закону, данному Богом, и в качестве награды получить неисчислимое потомство, непрерывающийся род, несметные богатства и господство над всеми другими народами. Устремленность к такой жизни и опре­деляет магистральный путь жизненных сил иудеев.
Греко-римский мир — единственный из тех, кому в "осевое время" пришло не религиозное и не религиозно-философское, а чисто философское откровение. В учениях Платона и Аристоте­ля открылись европейцам рационально объяснимая и логически стройная система мироздания, дуализм мира вещей и мира идей, диалектика формы и содержания, коррелятивность мышления и бытия.
Вторая стадия одухотворения жизни приходит в Европу с христианством. Единая Европа и общеевропейская культура возникли благодаря христианству. Оно оказалось приемлемым и для варварских, и для цивилизованных народов. Христианство составило духовный стержень европейской культуры, оно спо­собствовало возникновению единого культурного пространства и выступило основой сближения и объединения единоверцев. Соискание нравственного совершенства, стяжание духовных бо­гатств, укрепление веры, любви, сострадания, надежда на воз­рождение в Царствии Божьем надолго определили источник и направление реализации жизненных сил европейского человека.
Таким образом, стремление к духовному совершенствованию, культуре, гармонизации мира и религиозному спасению опреде­ляли главное русло реализации жизненных сил человека у разных народов в "осевое" и "послеосевое время".
Другим, сопоставимым по масштабу воздействия с духовным прорывом, событием в развитии культуры стала промышленная революция, положившая начало технической, "второй прометее­вой", индустриальной эпохе и Новому времени в Европе. Эта "вторая ось" в истории культуры знаменует собой поворот на 180 градусов в генеральной устремленности человечества: пово­рот от духовного к материальному, от религиозного — к техни­ческому, от небесного — к земному. С наступлением промыш­ленной революции начинается преимущественная реализация иной составляющей жизненных сил человека: "воли к могуще­ству", к власти над природой и социумом, воли к комфортному существованию, к "владению, распоряжению, пользованию". От самосовершенствования и преобразования себя человечество переходит к самосовершенствованию и преобразованию окружа­ющего мира.
Устроить мир по законам разума становится главной задачей в реализации жизненных сил человечества нового времени. Н.А. Бердяев об этой ситуации писал: "Меняется все направле­ние культуры. Она направляется к практическому осуществле­нию могущества, к практической организации жизни в сторону все большего ее расширения по поверхности земли. Цветение "наук и искусств", углубленность и утонченность мысли, высшие подъемы художественного творчества, созерцание святых и ге­ниев — все это перестает ощущаться как подлинная, реальная "жизнь", все это уже не вдохновляет. Рождается напряженная воля к самой "жизни", к практике "жизни", к могуществу "жизни", к наслаждению "жизнью", к господству над "жиз­нью"... Когда в массах человеческих слишком распространяется жадность к "жизни", тогда цель перестает полагаться в высшей духовной культуре... цель начинает полагать в самой "жизни", в ее практике, в ее силе счастье".
"Знание — сила", "техника — власть", "политика — орудие достижения счастья" — эти лозунги определяют пути реализа­ции жизненных сил человека в эпоху Нового времени. В качестве основополагающих принципов новоевропейской культуры человечество эпохи Нового времени приняло за основу своего жиз­ненного проекта для воплощения своих жизненных сил и куль­турного бытия три составляющие. Во-первых, культ разума, стремление к рассудочной упорядоченности, регламентации, со­размерности, признание разума главным законодателем жизни, так называемый "принцип рациональности" (М. Вебер), кото­рый воплощается в инструменталистском подходе к действитель­ности, в ориентации на рационально обоснованное действие, системе организации капиталистического производства, админи­стративном бюрократическом аппарате, политико-демократичес­ких установлениях буржуазного общества и в ценностно-этичес­кой позиции прагматизма и целерациональности. Во-вторых, это культ науки, исследовательско-познавательное отношение к жизни, субъект — объектный дуализм, научный метод истолко­вания и постижения действительности, "фаустовская одержи­мость знанием", по Шпенглеру, или "сократовская тенденция предпочтения знания перед жизнью", по Ницше. В-третьих, это культ техники и техногенность как главная определяющая черта новоевропейского развития, "прометеевский прорыв", по Яспер-су, к преобразованию природы и подчинению ее себе.
На пути научно-технического процесса и рациональной орга­низации человечество добилось небывалых результатов, плоды реализации этой стороны сущностных сил человека поистине грандиозны. Но уже к началу XX в. стали очевидны пределы в реализации этой интенции, нарастание негативных последствий и как результат проявление кризисных процессов во всех сферах жизнедеятельности человека.
В XX в. Европа вступает в постиндустриальное состояние. Его сущность составляет отход от принципов индустриализма, техницизма, инструментализма и операционализма к окружаю­щей действительности, активный поиск нового русла в развер­тывании, реализации — жизненных сил человека. Это период поиска новой формулы культурного бытия человечества. Логич­но предположить, что третье тысячелетие ознаменуется либо новой духовной осью, либо синтезом духовного и материального начал, соединением тех двух осей, которые автономно уже развернуты и прожиты человечеством.
Совершенно очевидно, что без синтеза разных культур, до­стижения нового духовного качества современной цивилизации, особенно России, трудно будет найти выход из системного кризиса, стержнем которого является кризис духовности.
Восстановление духовности и нравственности для России имеет особое значение, этот компонент социальной жизни имел для нее особое значение. — объединяющее, собирающее и моби­лизующее и потому, что история России — это история войн, присоединение территорий и народов, защита от иноземных поработителей. Ей необходим был могучий духовно-нравствен­ный катализатор национального самосознания и патриотизма.
Огромные просторы России, духовно-культурное и природно-климатическое разнообразие, следовательно, богатство наци­ональных характеров — все это требовало от самосознания народа перспективности видения, предсказания надвигающихся опасностей, с одной стороны, с другой — объединения разных сил, народов, государств в решении национально-государствен­ных проблем. Отсюда склонность к человеколюбию, но и к лидерству, мессианству в духовной и культурной жизни.
Эти ценности самосознания российского духа не привнесены извне, а исторически обусловлены. Они органически включают устойчивое чувство патриотизма, государственности, державности, без чего невозможно было выживание огромного государства, общности различных социальных образований. Важнейшим це­ментирующим элементом духовной жизни российского общества на протяжении веков было православие. Оно отличалось боль­шой терпимостью по отношению к любым религиям и конфесси­ям, приверженностью к социальной справедливости, к преобла­данию добра над злом и т.п. Именно поэтому в национальном самосознании прочно утвердились приоритеты духовного над материальным, нравственности над меркантилизмом и вещиз­мом, "не в деньгах смысл бытия" и т.п. Именно поэтому процесс строительства общества, государственности и отношений собст­венности в России имел специфические особенности. Непонима­ние или игнорирование истории не позволяет возродить россий­ское общество на новой основе.
Итак, духовное в российском обществе является объеди­няющим стержнем, а особенности духовно-культурной жизни во многом определяют специфику общественного и государ­ственного устройства, характер социальной организации, весь образ жизни российского человека. Если убрать этот духовный стержень из общественного устройства любой страны, России в особенности, разваливается весь социальный дом, цементирую­щим остовом которого он был.
Выдающийся русский мыслитель И.А. Ильин писал: "По­мышляя о грядущей России и подготавливая ее в мыслях, мы должны исходить из ее исторических, национальных, религиоз­ных и державных основ и интересов. Мы не смеем ни торговать ими, ни разбазаривать наше общерусское, общенациональное достояние. Мы не смеем обещать от лица России никому, ничего, мы должны помнить ее, и только ее. Мы должны быть верны ей, и только ей. Поколение русских людей, которое поведет себя иначе, будет обозначено в истории России, как поколение дряб­лое и предательское".
Учитывая сказанное, определяя и подготавливая будущее России, необходимо в первую очередь обратиться к тем жизнен­ным силам, которыми располагает российское общество, его нации и народности, а не только социальные институты, в том числе политические. При этом надо иметь в виду, что в основе социального устройства российского общества всегда были эле­менты соборности, коллективизма, общинности, представитель­ства различных слоев в институтах власти — это важнейшая составляющая российской объединяющей идеи, но одновременно это социальная основа всего обустройства России.
Важно понять, что российское общество при всей его держав-ности, склонности к авторитаризму, сильному правителю (царю-батюшке, президенту и т.п.) всегда заключало в себе и другие основы социальной организации, зачатки будущих социальных институтов гражданского общества, иные регуляторы обществен­ной жизни — корпоративные, социальные, в большей мере основанные, на духовно-нравственных и культурных устоях. Именно поэтому социальная организация российского общества держалась не только на государственности, державности, инсти­тутах формальной демократии, но и на корпоративной собствен­ности, корпоративных институтах, духовных и нравственных регуляторах, общественных идеях. Характерно, что именно эти скрепы общественной жизни по мере повышения зрелости обще­ства получают все большее значение в развитии общественных отношений, обретают форму мировой тенденции.
Российским гражданам пора также вспомнить свой истори­ческий опыт политического устройства, когда становление демо­кратии не только основывалось на принципах римского фор­мального права, но и прочно базировалось на традициях морали, духовно-культурных ценностей, началах местного самоуправле­ния и соборной выборности.
В России впервые зародилась и, можно сказать без преуве­личения, выстрадана демократия современного типа — демокра­тия не соперничества и конфронтации, а договорных отношений, подлинного самоуправления, достижения согласия и выражения интересов большинства, многообразия различных наций и этно­сов. Этот способ выяснения, согласования и выражения нацио­нально-этнических, культурных, религиозных, профессиональ­ных, территориальных интересов все в большей мере вырисовы­вается как корпоративно-демократический, опирающийся не только на центральную политическую власть, но в большей мере на гражданские институты общества, его социальные организа­ции, прежде всего территориальные и трудовые.
Российский исторический опыт свидетельствует о том, что корпоратизм развития — не только определяющий способ хозяй­ствования, но и устройство всей жизни, политической организа­ции общества, духовно-культурной сферы и т.п. Все эти струк­турные элементы, находясь в органической неразрывной связи, характеризуют иную модель развития общества, его историчес­кий путь и сделанный политический выбор.
Поэтому корпоративный путь — это возвращение на совре­менной новой базе к подлинно народным основам, традициям, идеалам, духовно-нравственным ценностям, способам хозяйст­вования и организации социальной и политической жизни.
Следовательно, настало время в поисках современных форм организации общественной жизни прислушаться не только к "мудрости" политических институтов, складывающихся граж­данских институтов общества, которые требуют инновирования в соответствии с ведущей тенденцией современной жизни — возрождением духовно-нравственных регуляторов в организа­ции социальных основ жизни, но и к "мудрости" муниципальных миров, отдельных личностей, традиционных для России нефор­мальных социальных организаций — общин, институтов само­управления, саморазвития. Именно они традиционно способст­вовали развитию народных основ жизнедеятельности, самореа­лизации жизненных сил общества и личности.
Loading
на заглавную Все словариО словареСловариТоп словарейДобавить слово к началу страницы

© 2003-2019
словарь online
энциклопедия
фарфор
XHTML | CSS
Цитирование только разрешено и даже приветствуется только с указанием линка на наш сайт.